meteliy (meteliy) wrote,
meteliy
meteliy

И.Я.Фроянов. Молитва за Россию.

ТРИ ПОЗИЦИИ: ленинградские ученые – о продвижении НАТО на восток

КРЕСТОНАТО  


От редакции: Считанные дни остаются до объявленной даты 27 мая, когда президент Ельцин в Париже собирается подписать соглашение, по которому наша страна фактически примиряется с продвижением НАТО на Восток. В преддверии этого события эмиссары Североатлантического блока обрушили на головы россиян пропагандистский залп такой мощности, что его впору сравнить с артиллерийским. У России вдруг оказалось в мире несметное количество друзей, и если что нам и угрожает, так это задохнуться в их объятиях. Выясняется, что этот военный блок всегда питал нежные чувства к нашей стране и лишь поэтому решился придвинуться вплотную. Одновременно ведется прицельный огонь по союзу России с Белоруссией и лично президенту Лукашенко – якобы совсем неподходящая пара для России. А потому столь актуальным стал вопрос: где России сейчас искать друзей и союзников?

В противоположность унылому единомыслию официозных средств массовой информации наша газета предложила высказаться по этому поводу трем крупным специалистам, несмотря на то, что они придерживаются зачастую противоположных взглядов.

Первым мы предоставляем слово декану факультета международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета К.К.ХУДОЛЕЮ.

И не друг, и не враг – а так?

– Константин Константинович, нечасто бывает в последнее время, чтобы взгляд ученого на проблему совпадал с официальной позицией российских властей. Но у вас для этого, видимо, есть серьезные основания?

В настоящее время существуют две точки зрения относительно проблемы расширения Североатлантического блока. Первая заключается в том, чтобы сказать категоричное «нет», принять резолюцию о непризнании этого факта и пойти, по сути, на конфронтацию с НАТО. Но давайте посчитаем последствия. Даже Советский Союз в момент своего наивысшего влияния нуждался в союзниках для противостояния НАТО. Давайте оценим: на кого сейчас Россия может рассчитывать? И выясняется, что у нас нет потенциальных союзников, за исключением Белоруссии. В Восточной Европе совершенно четко взята ориентация на сближение с Североатлантическим пактом и вхождение в Европейский союз. Трудно рассчитывать на те левые партии, которые находятся у власти в Польше, Венгрии и некоторых других странах, – они, наоборот, зачастую настроены еще более проатлантически, чем коллеги из правого лагеря, поскольку в глазах избирателей они хотят смыть то, что связывает их с прошлым, доказать, что действительно стали новыми респектабельными парламентскими партиями.

– Но еще остаются наши бывшие братские республики, ныне объединившиеся в Содружество?

– Если взять СНГ, то здесь ключевое значение имеют позиции двух государств – Украины и Узбекистана. На Украине есть силы, которые хотят хороших отношений с Россией, но влиятельная часть не заинтересована в таком тесном сближении, как это у нас происходит с Белоруссией. Для украинской административной элиты это означало бы отказ от власти. Для директоров государственных предприятий, а их на Украине по-прежнему большинство, объединение с Россией означало бы шокотерапию и как следствие – потерю своего положения в обществе. Если взять украинский молодой частный капитал, то он опасается конкуренции с российским, и если, грубо говоря, выбирать, кому продаваться, то предпочтительнее западный капитал как более богатый.

Рабочее движение на Украине находится в кризисе, в том числе и вследствие своих собственных ошибок. Шахтеры Донбасса так часто прибегали к такому серьезному оружию, как забастовки, что восстановили против себя не только своего классового противника, но и вызвали сильное недовольство всего общества. А без союзников рабочее движение мало что может сделать. В этих условиях трудно ожидать, что на Украине произойдут какие-либо резкие изменения, направленные на серьезное сближение с Россиёй. К тому же где-то с 1993 – 1994 годов Украина все больше стала занимать место привилегированного союзника США на пространстве бывшего СССР. Соответственно своей новой роли претерпела изменение и политика Украины.

Далее, перейдем к Узбекистану. Это ключевая страна в Центральной Азии и по численности населения, и по географическому положению, и по внутренней стабильности. Однако и в его политике наметилось тяготение в сторону Соединенных Штатов, в том числе и в военной области. Отсюда и позиция Узбекистана по целому ряду вопросов в СНГ, – в частности при выборах начальника объединенного штаба СНГ – именно они заблокировали на этот пост кандидатуру русского генерала.

Далее, кто еще есть в Азии? Китай? Сейчас он выступает конкурентом России в вопросах получения иностранных капиталовложений. В чем он и преуспел. И вряд ли захочет рисковать достигнутым ради большего сближения с Россией – китайская политика достаточно прагматична.

Что же касается Ирана и Индии, то очень проблематично рассматривать их в качестве действенных военных союзников нашей страны просто потому, что территориально они достаточно уделены от нас. А после распада СССР между нами пролегла чужая территория.

– Что означает этот международный расклад для нашей страны?

Отсюда напрашивается вывод, что какого-либо реального противостояния Североатлантическому блоку Россия сейчас оказать не в состоянии. Это означает, что нам следует сейчас договариваться с НАТО на тех условиях, на которых это еще возможно. Через 10 – 15 лет нам могут предъявить гораздо более жесткие условия просто потому, что одним из наиболее серьезных рычагов, которые у нас еще остались, является ядерное оружие, что само по себе служит аргументом на переговорах. Но этот фактор с течением времени все больше теряет свою весомость. Ядерное оружие не столь дорогое при производстве, но требует огромных средств для поддержания его в состоянии боеготовности. Если учесть, что экономика наша отнюдь не на пути к выздоровлению, то с течением времени у России останется все меньше возможности для поддержания в боеготовности своего ядерного потенциала. Следовательно, договариваться надо сейчас.

– Таким образом, разрешение проблемы вы связываете с переговорным процессом. Однако пока для нас все заканчивается очередными уступками.

– Изначально наша дипломатия допустила ошибку. Сперва следовало заявить о непризнании расширения НАТО и лишь потом, когда с этой позиции все равно пришлось бы отступить, затевать торг по поводу военных гарантий нашей безопасности. У нас же поступили точно наоборот. Сперва Б.Ельцин в Варшаве на встрече с Л.Валенсой дает согласие на вступление Польши в Североатлантический блок, а потом мы заявляем о неприемлемости для России самого расширения этого блока на Восток.

Затем Ельцин обозначил предел наших уступок. Это тоже не в правилах традиционной дипломатии: этим шагом обычно заканчивают, а не начинают переговоры.

– На что же, при благоприятном ходе переговоров, Россия может рассчитывать?

– Приемлемый для России вариант договоренностей связан с повышением ее роли в «большой семерке». Хотя надо сознавать, что превратить ее в «большую восьмерку» не удастся: членство там связано не только с правами, но и определенными финансовыми обязательствами, что сейчас России не по силам. Просто сам уровень принимаемых там экономических решений сейчас нам не по плечу. России надо активизировать свое участие в таких международных организациях, как Совет Балтийского моря, где и Россия, и нейтральные страны, и страны НАТО. Эти организации могли бы быть одновременно и мостиком, и буфером. Возможно, у кого-то это сейчас вызывает болезненную реакцию, но надо иметь в виду, что будущее мира все-таки больше связано с наднациональными организациями управления, и будущее России в значительной степени зависит от того, какое место займут правители России в мировой элите. 

Славянский союз

Не ставя под сомнение логику рассуждений нашего предыдущего собеседника, все-таки признаем, что его выводы звучат непривычно для русской исторической традиции. Потому мы обратились к декану исторического факультета, к заведующему кафедрой русской истории Санкт-петербургского государственного университета И.Я.ФРОЯНОВУ.

– Игорь Яковлевич, мы узнали суждение специалиста по международным отношениям. А каков взгляд историка на эту проблему?

Нельзя рассматривать расширение НАТО на Восток вне исторического контекста. Потому что это очередной шаг Запада в очень давней политике. Наше противостояние как противостояние двух цивилизаций прослеживается на протяжении многих веков. Русские оказались в ситуации давления и с Запада, и с Востока, и в процессе противодействия этому сложились и русская нация, и Русское государство, и определенное геополитическое пространство. Но даже с появлением Российской империи угроза нашему существованию не исчезла. Несокрушимой ее мог сделать только тот всеславянский союз, о котором писал еще в прошлом веке выдающийся русский мыслитель Н.Данилевский. По его замыслам, туда должны были войти: Русская империя, чехо-мораво-словацкое королевство, королевство сербо-хорвато-словенское, королевство болгарское, королевство румынское, эллинское королевство, мадьярское королевство и Царьград с прилегающими малоазийскими территориями. Многие современники Данилевского сочли этот план неосуществимой мечтой. Но как это ни покажется парадоксальным, данная мечта о всеславянском союзе, точнее даже евразийском, ядром которого были славяне и русский народ, стала былью и нашла зримое выражение после второй мировой войны под именем социалистического лагеря и Варшавского пакта.

Сталин создал то, о чем писал в свое время Данилевский. Это было колоссальное историческое достижение России. И вот в таком союзе Россия была несокрушима, что, естественно, не могло не волновать Запад. Этот союз надо было беречь как зеницу ока. А наши руководители устремились в Азию, на Кубу, в Африку, и вообще Бог весть куда. Мы пренебрегли общеславянским единством ради достаточно иллюзорных общепланетарных проектов. И это оказалось одной из самых серьезных ошибок советского периода русской истории.

– Чем же отличаются эти две цивилизации?

– На Западе люди в основном придерживаются философии индивидуализма, они в большей степени разобщены. В то же время для нас по-прежнему сохраняют значение такие понятия, как коллективизм, товарищество, чувство сопричастности к судьбе страны. Парадокс состоит в том, что, тем не менее, Запад смог одержать победу над славянским миром, он выступил более отмобилизованной и монолитной силой, а нам, напротив, не хватило общеславянской солидарности. Почему? Ответ может показаться неожиданным: определенные силы Запада ставили задачу уничтожения России и славянского мира, а мы – уничтожение Европы – нет! Вспомните Ницше, Гаусгофера, – все их работы дышат ненавистью к славянству; вспомните также завоевательные походы от тевтонских рыцарей до Наполеона и Гитлера, с их вечной устремленностью «Дранг нах Остен!» – «Натиск на Восток!». Запад Россию никогда не понимал и потому боялся.

Ничего подобного не было ни в работах самых ярых славянофилов, ни в практике русских царей. Мы не вынашивали подобных замыслов. В этом особенность и величие, а одновременно, может быть, и слабость нашей русской души.

Другой характерной чертой русского национального характера является его способность естественно уживаться с другой верой, чужими обычаями и традициями. Примером мирного врастания двух культур и двух вероисповеданий являются многовековые отношения с исламскими народами. При этом никогда русские православные не старались обратить мусульман в свою веру.

А как в этом случае вели себя завоеватели Запада? На Эльбе когда-то жили славяне. Что с ними стало? Уничтожены, а уцелевшие ассимилированы. Почитайте «Хронику» Генриха Латвийского, где он рассказывает, как эмиссары Запада – рыцарские католические ордена – обращали Прибалтику в свою веру огнем и мечом, а русские, придя в Прибалтику, – да, требовали дани, но не посягали на душу коренных народов – лэттов, ливов, эстов. Так этот хронист повествует о делах Бертольда, предводителя венденских меченосцев, которые, войдя в область эстов, не успокоились, пока «окончательно не разорили ту область, обратив ее в пустыню, так что ни людей, ни съестного в ней не осталось. Ибо, думали они, либо воевать до тех пор, пока, уцелевшие эсты не придут просить мира и крещения, либо истребить их совершенно». Неудивительно, что в ходе «натиска на Восток» были стерты с лица земли многие племена и народности, обитавшие в Прибалтике.

На совершенно противоположных принципах были основаны взаимоотношения со среднеазиатскими народностями в Российской Империи. Жители Хивинского и Бухарского ханств считались подданными Российской империи и платили налоги, но в остальном сохранялись привычный им уклад жизни, традиции, обычаи, вера и даже местная администрация.

– Ну пусть славянский мир не вынашивал планов уничтожения западной цивилизации. Но ведь трудно отрицать и то, что мы продемонстрировали позорную беспомощность перед лицом их агрессии.

– Веротерпимость и отсутствие агрессивности по отношению к чужой культуре, чужому образу жизни одновременно являются знаками и величия русской души, и ее уязвимости. Запад блестяще научился достоинство другого народа использовать против него самого.

Давайте вспомним последние 10 лет. Атаку на КПСС вели под лозунгом «Вся власть Советам!». Это оказалось соблазнительным для большинства русского народа, ибо отвечало его вековым традициям. Жизнь Древней Руси и России дает нам примеры русской демократической традиции – совет земли, земские соборы, сельские общины, вече, мировые сходы. Народ поддался лукаво предлагаемому соблазну, но когда с его помощью сломали КПСС, то вслед за этим тут же, в октябре 1993 года расстреляли прямой наводкой и Советскую власть. А сейчас мы наблюдаем сильный натиск на нашу нравственность, в частности на бастион русской духовности – Православную Церковь. Стаи заокеанских миссионеров слетаются на Русскую землю. Одновременно каждый день с экранов ТВ обстреливают наши души и разум порнографией, извращениями и прочей бесовщиной. Тем самым пытаются взломать один из последних рубежей обороны – нашу русскую душу. Что, кстати, Запад делал во время каждого из своих нашествий: уцелевших обращал в свою веру. Только теперь они действуют иным оружием: вместо секир тевтонских рыцарей и зарева костров, на которых они сжигали непокорных, сейчас у них крылатые ракеты и мерцание голубого экрана.

Их конечная цель – уничтожение России, и поэтому, если сейчас раздаются голоса, что, мол, плетью обуха не перешибешь и надо смириться, ничего, мол, как-нибудь выживем, то эти взгляды трудно расценить иначе, как измену – измену общему закону природы, согласно которому любое живое существо борется за свою жизнь до конца.

– Следует ли считать, что вражда Запада и славянского мира изначально предопределена и кто-то из них обречен погибнуть в этой борьбе?

Убежден, что нет. По-моему мнению, экспансия на Восток и стремление нанести удар в сердце славянского мира не связаны с устремлениями отдельных стран, или народов, или даже Запада в целом. Иное дело – некоторые всесильные круги. Сейчас много пишут, что существуют надмировые силы, стремящиеся к установлению нового мирового порядка. Эти надмировые силы в разные эпохи принимали разные формы. В свое время аналогичные задачи ставила перед собой католическая церковь, организуя походы на Восток, в частности, силами Ливонского и Тевтонского орденов. Тогда папа римский претендовал на роль верховного руководителя всего христианского мира, желал быть «царем царей». Но во времена средневековья еще не было средств, позволяющих подчинить такой великий народ, как русский. А вот в наш техногенный век такие средства появились. В процессе развития частнокапиталистического способа производства мир стал единым, потому что резко расширились средства коммуникации, связи, появилось единое мировое пространство – финансовое, информационное.

Отсюда появились уже иные возможности реализовать веками вынашиваемые планы Запада в отношении славянского мира. Сейчас некоторые утверждают, что будущее мира связано с наднациональными органами управления, прообразом которых являются ООН, Общий рынок, ОБСЕ, НАТО, МВФ, которые по собственному усмотрению решают судьбу отдельных народов. Утверждается также, что это – объективная тенденция мирового развития и нечего идти поперек естественного хода истории.

Для русских непротивление и попытка встроиться в эту тенденцию означают только одно – гибель нации. Какая-то часть русских в новом мировом порядке, возможно, и сохранит физическое существование, но они уже не будут иметь ничего общего ни с героями Сталинградской битвы, ни с ополченцами времен Кутузова, ни с первопроходцами Сибири, ни с энтузиастами первых пятилеток. Это будет просто новая популяция людей, не имеющих родственников ни в окружающем мире, ни в истории. Народа не будет, останется этнографическая масса, разделенная и расчлененная.

– Но еще из марксизма мы усвоили, что бесполезно идти против объективных законов исторического развития…

Что касается «объективной тенденции мирового развития» и «изначально предопределенного хода истории», то здесь мы касаемся одного малоисследованного в науке вопроса. Мы изучали капиталистический способ производства только со стороны его объективных факторов. Но любая общественная система имеет также и субъективную сторону, то есть в ней существуют люди, группы людей, которые заинтересованы в развитии общества именно в этом направлении, и ни в каком другом.

Маркс прекрасно показал объективные закономерности капитализма, но совершенно не раскрыл его субъективную сторону. Этот вопрос требует еще научного осмысления, но, с моей точки зрения, ход истории мог быть иным. Когда мир в очередной раз стоял на перепутье, оказались достаточно влиятельными именно те силы, которые были заинтересованы в нынешнем характере развития мира, в результате которого стираются национальные особенности народов и исключительное влияние приобретают надмировые силы.

Посмотрите, как капитализм европейского образца ломал и коверкал все остальные страны. Разве в Китае живет дикий народ? Это древнейшая цивилизация, родина величайших открытий, и тем не менее капитализм туда, как и в Индию, был привнесен извне. В основании западного мировоззрения лежит приоритет прав личности над всем остальным, в том числе и интересами общества, государства. Однако еще Аристотель писал: «Человек вне общества либо Бог, либо зверь». И практика нынешних российских «реформаторов» как нельзя лучше подтверждает последние слова.

– С учетом пройденного Россией пути, какие должны быть сейчас приоритеты ее внешней политики?

Сейчас приходится слышать, что двухполярный мир сменился гегемонией США. И этому надо противопоставить тир многополярный. Это, по-моему, ошибочно. Потому, что в условиях современного взаимопроницаемого мира наличие многих центров силы может привести только к хаосу: раз много точек, много интересов – следовательно, много столкновений. Баланс сил, динамическое равновесие могут быть, только когда на весах две равновеликие чаши. И залог спокойствия планеты заключен в возвращении к двухполярному миру, где одна сторона уравновешивает другую. Это означает, что на каждый шаг Запада на Восток следует отвечать симметричными мерами – искать своих союзников. В этом отношении трудно переоценить договор с Беларусью. Он должен быть заключен немедленно. И у Китая, помимо сиюминутных расчетов на иностранные инвестиции есть долгосрочные геополитические интересы. А они состоят в том, чтобы опереться на Россию и совместно противостоять мировой гегемонии США.

Ведь в НАТО не скрывают, что не видят пределов расширению этого блока на Восток. Это означает, что западные инвестиции могут со временем плавно перейти в интервенцию – сперва финансовую, а потом и территориальную.

У России есть и другие потенциальные союзники. Сейчас, помимо союза с Беларусью, необходимо сближение с Ираном, Ираком, Сирией и Ливией, что найдет отклик в этих странах. Вот такой союз славянских стран и арабского мира может быть реально противопоставлен экспансии Запада. Этот союз будет весьма эффективен, но в то же время безопасен для России, поскольку у нас с названными странами нет общих границ. При первых проблесках союза с упомянутыми странами наши противники, уверяю вас, вздрогнут. Если мы не сделаем этого, то усилиями Запада мусульманский мир развернут против славян. Такие попытки мы сейчас наблюдаем от Боснии до Чечни и Таджикистана.

Что мы теряем, если изменим направление внешней политики? Сущие крохи – благорасположение Запада и подачку в 300 млн. долларов в год от его щедрот. Но, помимо материальных расчетов, смена ориентиров еще означает возвращение к традициям русской внешней политики. 

На границе двух цивилизаций

Особенности национального характера, конечно, играют большую роль в судьбе народов, но в середине XX века появилась такая отрасль знания, как геополитика, где оперируют уже не тончайшими оттенками души, а такими масштабными категориями, как целые континенты и мировые цивилизации. И в наш век именно к ученым этого профиля обращаются за предсказанием будущего. Наша газета встретилась с президентом Русского географического общества профессором С.Б.ЛАВРОВЫМ.

– Сергей Борисович, что ждет мир на пороге нового тысячелетия?

С начала 90-х годов, когда начался распад Варшавского пакта, а затем и Советского Союза, мы живем в гораздо более тревожном и непредсказуемом мире, чем прежде. Что же касается прогнозов будущего, то у серьезных геополитиков сейчас вызывает доверие концепция профессора С.Хантингтона, сформулированная им в 1993 году в работе «Столкновение цивилизаций». По его мнению, причиной столкновений в XXI веке будет не столько даже политика или идеология, сколько различие двух цивилизаций, одна из которых у него условно названа «Запад» и другая – «Не-Запад». Линию, разграничивающую их, профессор Хантингтон провел так: граница России с Финляндией и далее со странами Балтии, затем эта линии отделяет от западной цивилизации Беларусь, большую часть Украины, за исключением ее западных областей, и далее на юг отсекает от Запада Румынию, Болгарию, Сербию.

Нетрудно заметить, что линия, разделяющая две цивилизации, достаточно точно совпадает с западной границей социалистического лагеря и стран Варшавского блока. Именно по этой линии разлома двух цивилизаций, по мнению Хантингтона, будет проходить глобальное противостояние XXI века.

– И первым в наступление перешел Запад. В чем причина такой повышенной агрессивности?

В данном случае я согласен с профессором Хантингтоном, который, говоря о проблеме этого глобального противостояния, одну из причин видит в изменении соотношения сил двух цивилизаций – относительном ослаблении Запада и усилении противостоящей ему незападной цивилизации. Признаки этого – экономический взлет Китая, демографический взрыв в исламском мире, а также то обстоятельство, что сейчас за пределами западной цивилизации их модель развития встречает неприятие. Это и толкает западный мир на то, чтобы удержать мировое лидерство военной силой, раз сокращается его экономический потенциал.

Сравнивая экономические возможности двух цивилизаций, мы видим, что за последние 40 лет валовой продукт Запада снизился с 64 процентов в 1950 году до 50 процентов в 90-е годы. И это на фоне бурных темпов экономического развития Китая. По валовому внутреннему продукту Китай дышит в затылок Соединенным Штатам и вместе с Японией делит 2 – 3-е места в мире. Еще более неутешительными для лидера западного мира являются прогнозы Мирового банка, согласно которому через 20 лет Китай перемещается на 1-е место в мире, Соединенные Штаты сдвигаются на 2-е, а последующие места занимают Япония, Индия и Индонезия. Уже сегодня лидирующая роль Соединенных Штатов для многих аналитиков представляется весьма спорной. Сегодня в десятке ведущих банков мира нет ни одного американского, зато восемь представляют Страну восходящего солнца. Также лишь три американские транснациональные корпорации – «Дженерал моторс», «Форд», «Эксон» – относятся к мировой промышленной элите, занимая соответственно 4-е, 7-е и 9-е места в мировой табели о рангах, а возглавляют этот список опять же японские транснациональные корпорации.

Именно эти наметившиеся симптомы экономического ослабления и толкают Соединенные Штаты на силовые действия, дабы хоть таким образом утвердить себя в роли мирового лидера. Основной их шаг в этом направлении – расширение НАТО на Восток, причем пределов этому движению они для себя не ставят.

– Какие же глобальные геополитические изменения превзошли сейчас в положении России?

Геополитическое положение – категория очень динамичная. Ведь сразу после распада СССР казалось, что при всей огромности геополитических потерь – 5 миллионов квадратных километров – при отбрасывании России к допетровским границам, утрате выходов к морю на северо-западе и юге, установилась какая-то, пусть и плохая, но стабильность, к которой надо приспособиться, постепенно улучшая ее, налаживая новые линии связей.

Однако последующие годы приносили все новые и новые негативные изменения, прежде всего на западной границе России. Обозначилась резко враждебная позиция стран Балтии, по ряду позиций нарастал российско-украинский конфликт, возник сложный узел «Молдавия – Приднестровье». Долгосрочным фактором по всей периферии России стала экономическая неустойчивость (может быть, даже нежизнеспособность) многих новых стран-соседей. А хорошо известно, что, если стране нечем торговать, она начинает торговать политикой...

Ситуацию на юго-западных рубежах России обострила чеченская авантюра. Открытие крупных месторождений нефти и газа на шельфе Каспия поставило сложный вопрос: будет ли Россия контролировать потенциальные потоки каспийской нефти на Запад? Именно эти моменты определяют уже начавшуюся «нефтепроводную войну», которую Россия постепенно проигрывает. Свидетельство этого – жесткие слова грузинского лидера Э.Шеварднадзе о русских как об... «оккупантах», начавшийся торг о пребывании там военных баз России, попытка обусловить их существование «сдачей» Абхазии. Сегодняшняя ситуация – плод абсурдной российской политики на Кавказе, когда естественный союзник – Абхазия была и остается жертвой блокады со стороны России.

Не легче и обстановка на протяженной южной границе СНГ, где на «уязвимое подбрюшье» России идет давление «исламской дуги нестабильности», прежде всего через Таджикистан.

– А как скажется на геополитическом раскладе расширение Североатлантического блока?

Ослабление России на всех направлениях Запад пытается закрепить и увековечить продвижением НАТО на Восток, не считаясь ни с какими долгосрочными последствиями, обостряющими всю ситуацию в Европе и в мире, возвращающими ее к годам «холодной войны». Отброшены не только решения Ялты и Потсдама о Послевоенной Европе и ее границах, но и Хельсинкского совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, гарантировавшие территориальную целостность и послевоенные границы европейских государств.

Включение в НАТО «первой очереди» – Чехии, Польши и Венгрии – означает резкое усиление военной опасности, но еще большую угрозу несет вполне возможная «вторая очередь» – страны Балтии, Украины и, возможно, Молдавия. Реализация этих планов означала бы вторжение Запада в ту сферу, которая исконно была «незападной». Значительная часть пространства Киевской Руси оказывается в сфере западного влияния. Уже упоминавшийся С.Хантингтон справедливо называет западную границу Беларуси и Украины границей «славянско-православной цивилизации», «рубежом конфликта длительностью в тринадцать веков». Это и позиция современных ученых-геополитиков Запада, это и исконное утверждение евразийцев. Ныне идет наступление на всю эту сферу: распад Югославии, подавление сербов в Боснии, резкое «поправение» Болгарии, новое руководство которой рвется в НАТО...

На западных рубежах России вот-вот возникнет новый «санитарный кордон» стран НАТО, жестко отрезающий ее от Балтики и Черного моря, делающий подконтрольными практически все наши транспортные выходы на Запад, превращающий Калининград в оторванный от основного массива России «эксклав» (уже прозвучали «требования» так называемой Балтийской ассамблеи о «демилитаризации» Калининградской области).

– Где же, по вашему мнению, России искать союзников?

Обратите внимание, какая дикая истерия в прозападных кругах развернулась по вопросу интеграции России и Беларуси. Ведь прочный союз России с Беларусью означал бы прорыв в этом потенциальном «санитарном кордоне», дал бы надежные пути всей транспортной инфраструктуре «Россия – Запад» при полной предсказуемости ситуации (в отличие от современных связей, которые частично идут через порты Балтии, грозящие стать военно-морскими базами НАТО).

Вопрос, вроде бы внутренний для СНГ, превращается сейчас в острейшую международную проблему. Нажим с Запада на Беларусь стал беспримерным. Под фальшивым предлогом «нарушения прав человека» Беларусь выдавливают из всех европейских организаций, лишают помощи и т.д. Но, увы, все это дополняется не менее массированной атакой российских «демократических» средств массовой информации. Ведь буквально каждый день на телеэкране фигурирует «белорусская оппозиция», показывают демонстрации в Минске, на все том же микроскопическом «пятачке», а не нормальную жизнь во всей «остальной Беларуси». Теле- и радиокомментаторы состязаются в нагнетании «экономических ужасов» в случае интеграции, всерьез говорят о «недостаточной продвинутости» реформ в Беларуси, скрывая правду о куда лучших показателях (по сравнению с Россией) в ее экономике, особенно в сельском хозяйстве.

Можно сказать, что вопрос об интеграции Российской Федерации и Беларуси сейчас стал важнейшим испытанием не только для патриотических сил обеих стран, но и дальнейшей судьбы славянского единства. Проигрыш здесь нам не простят потомки! 

Сергей ИВАНОВ. (Наш соб. корр.)
Советская Россия. 1997. 15 мая. № 55 (11493)
стр.265-282


Tags: НАТО, статьи
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment